ВОСПОМИНАНИЯ WL-ПРОГРАММИСТА
Первым настоящим языком программирования по тематике лаборатории был ALGOL. До этого предпринимались попытки реализовать наши мысленные эксперименты на армянской машине НАИРИ, пользуясь при этом каким-то чудовищным языком. Кажется, "мнемокодом", хотя наверно ошибаюсь. Зато точно могу сказать, что ни одна из тех программ так и не стала инструментом исследования - все заканчивалось на стадии отладки машинного кода.
ALGOL тоже просуществовал недолго. С созданием в нашем НИИ вычислительного центра, там была установлена мощная, по тем временам, ЭВМ ЕС-1010, сразу же модернизированная до ЕС-1020, а за тем и до ЕС-1033. По сравнению с "УРАЛ-14М", на котором мы работали в период всех этих модернизаций, это был огромный прогресс. Во-первых, программы можно было готовить на перфокартах, а не бумажной ленте. Что гораздо удобнее, когда часто приходится менять фрагменты исходного кода. Во-вторых, мы стали работать на нормальном языке - FORTRAN.
Переход на FORTRAN оказался весьма своевременным. В последствии это позволило, почти безболезненно, использовать даже самые ранние разработки в качестве п/программ единой системы Большого вычислительного эксперимента, осуществлявшегося на суперкомпьютере.
Работа на фортране оказалась на столько удобной, что даже после окончания больших экспериментов, мы продолжали пользоваться этими программами даже на ПС. Естественно, что с приходом Windows, от Fortran пришлось отказаться. Были попытки использовать "С" - "могучий и гибкий", но написанный таким образом код, был удобен машине, а не человеку. Возможно, многие не согласятся, но его изощренный синтаксис не позволял "видеть физический прототип", создаваемого виртуального образа.
Впрочем, к этому времени отпала и сама необходимость програмировать что-либо новое.
В конце 80-х наша EC-1033 уступила место EC-1060. Эта машина отличалась большим быстродействием, оперативной и дисковой памятью. (Диски были съемные, и каждый программист имел 1, 2 а то и больше пакетов в личном пользовании). Личные диски оказались весьма удобным нововведением, так как теперь на них можно было хранить готовые откомпилированные модули, а не делать это всякий раз, перед проведением вычислительного эксперимента. Кстати, всегда недостаточный объем оперативной памяти имел и положительное значение. Это заставляло использовать, так называемые, оверлейные конструкции - когда различные части программы используют одну и ту же область оперативной памяти. Необходимость разрабатывать оверлей заставляла глубже разобраться в работе программы во времени, что послужило хорошим уроком и в какой-то степени облегчила реализацию конструктивной концепции "корпускулярно - волнового" дуализма: "сингулярност - множество". Этому же способствовал способ передачи данных между програмными модулями посредством области COMMON.
Но это уже 90-е годы, когда все было готово для проведения Большого вычислительного эксперимента. Единственное, чего нехватало - вычислительных ресурсов.
Большой вычислительный эксперимент (точнее, серия) был выполнен на, как бы сейчас сказали, на 7-ми "ядерном" суперкомпьютере того времени. Как видно из материалов данного сайта, результат был получен отрицательный: из-за неправдоподобно низкого быстродействия нашей технологии, получить статистически достоверные свидетельства достижения поставленной цели, а тем более основания для комерческого использования системы запоминания произвольных данных методом следообразования, не представлялось возможным.
Так тогда и порешили. И правильно сделали! Действительно, зайди сегодня в любой магазин электроники - там лежат какие-угодно накопители. Теперь 1-2 Тб, а то и больше, может иметь обычный домашний компьютер.
Сегодня это кажется смешным, но тогда, в 90-е, мы пытались показать "неограниченную" память на примере усвоения всего до 100 000 000 бит.
При этом, даже на 7-ми процессорной машине производительность усвоения данных не могла превысить 10 бит/сек!
Собственно говоря, иначе и быть не могло - ведь мозг работает всеми клетками сразу, а наша машина только 7-ю процессорами. Да еще при этом, имевшееся в нашем рапоряжении программное обеспечение не позволяло эффективно использовать все 7 ядер. Доходило до того, что большая часть ресурсов суперкомпьютера тратилась на распараллеливание вычислительного процесса.
С повсеместным переходом на WINDOUS, управление данными перешло к операционной системе, тем самым закончился период, когда само програмирование способствовало созданию таких "ненужных" программ, как Активная память. Возможно в этом есть какая-то аналогия с тем, как и в развитии Вселенной был период, когда формирование первой живой формы существования материи было возможно, или даже закономерно. Теперь, условия существования материи настолько изменились, что о "случайном" зарождении жизни не может быть и речи.
Ну вот, из старенького, это все.
Теперь времена другие. К примеру, одна из задач современности: чем занять квантовый компьютер?